Две сотрудницы налоговой службы в Вологодской области трудились в Устюжне, хотя сама инспекция № 4 базировалась в Бабаево. Рабочие места считались территориально обособленными. В апреле 2023 года руководство решило их упразднить, сославшись на оптимизацию расходов, и уведомило женщин о переводе в Бабаево с сохранением обязанностей. Обе отказались. Их уволили 8 июня 2023 года по пункту 7 части 1 статьи 33 Закона о государственной гражданской службе. Компенсацию в размере четырехмесячного денежного содержания, которую получают при сокращении, им не выплатили.
Суды трех инстанций встали на сторону казны. Логика казалась безупречной — должности не сокращены, обязанности те же, изменилась лишь география. Женщины дошли до Конституционного Суда, и тот 29 сентября вынес Постановление № 56-П/2026, перевернувшее практику.
Ключевой довод Суда звучит просто – если у нанимателя пропадает потребность в работе конкретного человека именно в данной местности, тот оказывается в положении сокращаемого сотрудника. Разница лишь в формальной оболочке, а она не может определять объем гарантий. КС напомнил свои прежние позиции по трудовым спорам — Постановления № 3-П/2022 и № 22-П/2024 — и распространил их на госслужбу. Особый статус чиновника не означает обязанности подчиняться переезду, навязанному нанимателем. За такую позицию ратовал и адвокат по уголовным делам, не раз отмечавший, что формализм в ущерб человеку разрушает доверие к праву.
Увольнение при отказе от службы в другой местности из-за перемещения подразделения теперь обязано сопровождаться теми же гарантиями, что и сокращение. Дела заявительниц пересмотрят. Остальным пострадавшим юристы советуют не тянуть — сроки на обращение в суд по старым эпизодам уже на исходе. Нанимателям же стоит заранее просчитывать бюджет, ведь четыре месячных оклада за каждого несогласного обойдутся дороже, чем честное сокращение.